Devenir-animal
Становление-животным — это не подражание животному и не отождествление с ним: это вхождение в зону соседства с частицами, скоростями, аффектами, которые присущи животному, не становясь им по-настоящему. Это молекулярный процесс, союз, а не родство, заражение, а не сходство — блок становления, в котором оба термина преображают друг друга, не оставаясь ни один из них тем, чем был.
Devenir, c'est, à partir des formes qu'on a, du sujet qu'on est, des organes qu'on possède ou des fonctions qu'on remplit, extraire des particules, entre lesquelles on instaure des rapports de mouvement et de repos, de vitesse et de lenteur, les plus proches de ce qu'on est en train de devenir, et par lesquels on devient.
Название плато датировано — 1730 годом — в отсылке к оборотням, которых ещё призывала магия XVIII века. Делёз и Гваттари исходят из этого не ради этнографии, а ради философского вопроса: что такое отношение к животному, которое не было бы ни метафорой, ни подражанием?
Классическая естественная история мыслила животных через подобие — ряды или структуры аналогии. Эволюционизм мыслил жизнь через родство — происхождение и родственные связи. Становление-животным — ни то, ни другое. Оно не заимствует у животного его отличительные черты, чтобы перенести их на человека (метафора). Оно не восходит к общему предку (генеалогия). Оно действует через союз и заражение: вхождение в соседство частиц, скоростей, аффектов, которые циркулируют между гетерогенными телами и преображают их, проходя сквозь них. Фильм Уиллард (Willard), который они анализируют в начале, показывает Уилларда не «вместе» со своими крысами, а в процессе становления-крысой: не через костюм и не через желание быть грызуном, а потому, что между ними что-то происходит — блок союза и заражения, который разрушает эдиповы и профессиональные координаты персонажа.
Что характеризует становление-животным — так это стая, а не индивид. Не становятся волком, входят в волчье стайное движение, в множественность движений и интенсивностей. Одинокий волк — это уже ретерриториализация: домашнее животное, животное-архетип, животное из индивидуальной мечты. Стая же молекулярна: она сопротивляется любой субъективации, любой фиксации устойчивого «я».
Следует отличать от метафоры и тотемизма. Метафора сохраняет оба термина разделёнными (человек подобен волку) и ничего не преобразует. Тотемизм устанавливает структурное соответствие между человеческими и животными рядами — аналогию пропорциональности, а не реальное соседство. Становление-животным не уподобляет, не соответствует: оно проходит между, создаёт блок, в котором оба термина детерриториализуются вместе. Не человек подражает животному, и не животное символизирует человека — это зона близости, где частицы одного и другого становятся неразличимыми на время прохождения.